Индусская философия

ИНДУИСТСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

(Detroit Free Press, 16 февраля 1894 г.)

Вторая лекция индуистского монаха Свами Вивекананды была прочитана прошлым вечером в унитарианской церкви перед большой и весьма благодарной аудиторией. Ожидание слушателей, что оратор просветит их относительно «Индуистской философии», как озаглавлена была лекция, оправдалось лишь в весьма ограниченной мере. Были сделаны ссылки на философию Будды, и оратору аплодировали, когда он заявил, что буддизм был первой миссионерской религией мира и что он обратил наибольшее число последователей, не пролив ни капли крови; однако ничего о собственно религии или философии Будды он своей аудитории не сообщил. Он отпустил несколько метких колкостей в адрес христианской религии и намекнул на горе и бедствия, принесённые её введением в языческих странах, но искусно уклонился от какого-либо сравнения между социальными условиями жизни его соотечественников и тех людей, к которым обращался. В общих чертах он заявил, что индуистские философы наставляли от низшей истины к высшей; тогда как от человека, принимающего новое христианское вероучение, ждут и требуют, чтобы он полностью отверг прежнюю веру и целиком принял новую. «Это пустая мечта — думать, что у всех нас когда-нибудь окажутся одинаковые религиозные воззрения, — сказал он. — Никакое переживание не может возникнуть иначе как от столкновения противоборствующих начал, действующих на ум. Именно потрясение перемены, новый свет, столкновение нового со старым рождает ощущение».

[Поскольку первая лекция настроила некоторых людей враждебно, корреспондент Free Press был весьма осторожен. К счастью, однако, Detroit Tribune неизменно поддерживала Свамиджи, и потому в её репортаже от 16 февраля мы получаем некоторое представление о его лекции «Индуистская философия», хотя репортёр Tribune, судя по всему, делал довольно беглые заметки:]

(Detroit Tribune, 16 февраля 1894 г.)

Брахман-монах Свами Вивекананда снова прочёл лекцию прошлым вечером в унитарианской церкви; её темой была «Индуистская философия». Оратор некоторое время говорил об общей философии и метафизике, но сказал, что посвятит лекцию той её части, которая касается религии. Существует секта, верующая в душу, однако агностическая в отношении Бога. Буддизм был великой нравственной религией, но они не могли долго существовать, не веря в Бога. Другая секта, известная под названием «гиганты» [джайны], верит в душу, но не в нравственное управление страной. В Индии насчитывались несколько миллионов приверженцев этой секты. Их жрецы и монахи завязывают платок на лице, полагая, что если их горячее дыхание коснётся человека или животного, это приведёт к смерти.

Среди ортодоксальных все верят в откровение. Некоторые полагают, что каждый стих в Библии исходит непосредственно от Бога. Растяжение смысла слова, быть может, и допустимо в большинстве религий, но в индуистской у них есть санскрит, который всегда сохраняет полный смысл и основание слова.

Выдающийся представитель Востока полагал, что существует шестое чувство, несравненно более высокое, нежели любое из пяти, которыми, как мы знаем, мы обладаем. Это — истина откровения. Человек может прочесть все книги о религии в мире и при этом оставаться величайшим негодяем в своей стране. Откровение означает позднейшие свидетельства о духовных открытиях.

Вторая позиция, которую принимают некоторые, — это творение без начала и конца. Допустим, было некогда время, когда мира не существовало; что же делал тогда Бог? Для индусов творение было лишь изменением форм. Один человек рождается с крепким телом, из доброй семьи и вырастает богобоязненным. Другой рождается с искалеченным и уродливым телом и вырастает злодеем, претерпевая наказание. Почему справедливый и святой Бог должен был создать одного со столь многими преимуществами, а другого — с недостатками? У человека нет выбора. У творящего зло есть сознание своей вины. Было изложено различие между добродетелью и пороком. Если бы Бог предопределял всё, наступил бы конец всей науки. До каких пределов может деградировать человек? Возможно ли, чтобы человек вернулся к состоянию животного?

Кананда был рад, что он — индус. Когда Иерусалим был разрушен римлянами, несколько тысяч [евреев] обосновались в Индии. Когда персы были изгнаны из своей страны арабами, несколько тысяч нашли прибежище в той же стране, и никто не подвергся притеснениям. Индусы верят, что все религии истинны, однако их религия предшествует всем остальным. Миссионеры никогда не подвергались притеснениям со стороны индусов. Первым английским миссионерам воспрепятствовали высадиться в этой стране сами же англичане, и именно индус заступился за них и первым протянул им руку. Религия — это то, что верит во всё. Религию уподобили слепым и слону. Каждый ощупывал особую часть слона и на основании этого делал свои выводы о том, что такое слон. Каждый был по-своему прав, и всё же все были нужны, чтобы составить целое. Индуистские философы говорят: «Истина к истине, низшая истина к высшей». Это пустая мечта — думать, что когда-нибудь все будут мыслить одинаково, ибо это означало бы смерть религии. Каждая религия распадается на малые секты, каждая из которых претендует быть истинной, а все прочие объявляет заблуждением. Буддизму гонения неизвестны. Он послал первых миссионеров и является единственной религией, которая вправе сказать, что обратила миллионы, не пролив ни единой капли крови. Индусы, при всех своих недостатках и суевериях, никогда не преследуют. Оратор хотел бы знать, как получается, что христиане допускают такие бесчинства, которые повсеместно процветают в христианских странах.